Мариинское отделение СКП

Суббота, 23.09.2017, 10:09

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Каталог файлов | Регистрация | Вход

Главная » Файлы » Светлана Головина

ГОРЕМЫКА
25.03.2013, 12:43



Родился Петя маленьким, золотушным ребенком. Ох и намаялась с ним его мамка! У бабушек-ведуний лечила его. Купала с разными травами, а гной всё тёк и тёк у него из больного ушка. Поэтому от мальчика всегда очень дурно пахло. Из-за этого запаха ребятишки не хотели с ним водиться. Как только увидят, что тот идёт к ним, тут же кричат: -"вон золотуха вонючая идёт! Смываемся быстрее!

-"и сразу наутёк. Скучно было Петьке и очень обидно. Но всё же золотуху удалось победить! Быть может медицина на этот раз оказалась не такой уж слабой. А может "отшептали" ведуньи.

Но как говориться: -"одна беда не ходит. -"Не успел Петька от золотухи избавиться, как навалилась на него другая напасть - хуже прежней, мальчик очень сильно исхудал. Его лицо и руки покрылись противными морщинками. И стал он похож на маленького старичка. И вновь Фрося - Петькина мать повела его по бабушкам. Нашлась хорошая ведунья - сильная! Беда в том, что жила она очень далеко. Но это не испугало Фросю.

Она нашла на эти поездки и время и деньги. В общем сделала все чтобы вылечить сына.

Ведунья осмотрев Петьку, сказала что это порча, пущенная на ветер. А называется эта болезнь "собачья старость". Лечение было очень долгим, а заключалось оно в том, что Петьку купали в одной воде вместе с собакой, читая специальные молитвы. За несколько таких купаний, болезнь пошла на спад. А вскоре мальчик приобрёл свой прежний вид. Но за время болезни к Петьке быстро приклеилась новая кличка. Теперь его дразнили "старая собачка". Да, очень нелёгкое было детство у мальчика!

 

 

Когда началась война Пете исполнилось ровно одиннадцать лет. Так как он родился в одна тысяча девятьсот тридцатом году двадцать второго июня. Начались военные лишения, голод. О дне рождении лучше было не вспоминать. На руках у Фроси кроме Петьки была ещё сестра Шурка, с которой ему приходилось нянькаться. К тому же она отнимала у него всё свободное время. Бедному мальчику даже некогда было поиграть в футбол, который он очень любил.

 

В 1943 году погиб на фронте Петькин отец. Пришла похоронка, и Фрося долго голосила, проклиная всё на свете: и войну, и жизнь свою несчастливую, и проклятых фашистов, которые незвано пришли на нашу землю. А жизнь шла своим чередом! Как говорится - живому-живое!

Когда окончилась война и мужики вернулись домой. Фросю ещё довольно молодую и красивую женщину полюбил орденоносец Андрей Соколов. А вскоре они поженились и стали жить вместе. Дети пошли один за другим. Первым родился Владимир. Следом за ним Валерий. Долго не заставил себя ждать и третий сын - Александр.

Отчим очень любил Петькину мать и своих сыновей, лелеял их и тютюшкал. Любил он и сестрёнку Шуру потому - как она была единственной девочкой в семье. А вот Петюху почему-то невзлюбил с первых дней. Петька был старшим в семье и потому выполнял роль "золушки". Вся тяжёлая работа легла на его хрупкие плечи: то печку протопить, то дров наколоть, то воды навозить. Да ещё и с малыми ребятами поводиться. Но как бы не старался он, выбиваясь из сил, угодить отчиму было невозможно. Тот всё также злобно косился на парня, щедро раздавая ему затрещины. Прятал самые лакомые куски своим детям, а бедному Петьке обычно доставался только супчик. А ещё мальчонку сильно обижало то, что отчим специально называл его не Петром, и даже не Петькой, а обидным прозвищем "пентюх".

Фрося конечно же все злодейства мужа видела, и очень жалела сына. Андрей и её изводил упрёками за сына. Она обычно молча, покорно выслушивала натации, но в глубине души затаивала горькую обиду, но наперекор мужу не шла так как боялась, что он уйдёт, ведь вокруг было столько вдов! Красивых да молодых! А ещё она не представляла себе, что будет делать одна с такой оравой голодных ртов.

Петьке в ту пору исполнилось семнадцать лет. Он осваивал профессию плотника и мечтал о том, что как только закончит училище (фзо) сразу же уедет в далёкий портовый город Владивосток. устроится на судно юнгой и как говорится" по морям по волнам".

 

 

Так он и сделал!

Лишь только закончил училище, убежал от родной мамки, из ставшего ему ненавистным родимого дома, добирался до Владивостока - чем мог!(как Ломоносов в Москву), где пешком, где попуткой, а где на товарняках, потому как денег на поезд у него не было.

Наконец-то мечта Петьки сбылась! Его взяли юнгой на судно. Первое время ему было нелегко! Как и над всеми новичками матросня подшучивала над ним, называли "салагой".

Однажды один матрос принёс с камбуза к Петьке в кубрик целую коробку макарон и вытащив одну макаронину сказал:" -видишь вот это отверстие? Бери каждую штуку и продувай - так кок велел.

-"А зачем это-" неуверенно спросил юнга.

-"А чтобы вкуснее были! -"засмеявшись ответил шутник.

Сидит Петька, дует. Пол ящика макарон уже продул. Аж, губы вспухли! Заходит к нему в кубрик боцман. Увидев такую картину и сообразив, что кто-то из матросов пошутил над юнгой, спрашивает: -"дуешь? -"

-"Дую! -" с достоинством отрапортовал Петька.

-"Ну и как? -" вновь спросил боцман.

-"Губы больно! -" ответил юнга.

Боцман пожалев салагу, вдруг сказал решительным голосом:

-"Давай-ка друг, тащи макароны обратно на камбуз, разыграли тебя!

 

 

Больше всего на свете Петьке не нравилось драить гальюн. Палубу ещё туда-сюда знай, наяривай да водички побольше подливай, чтобы было чисто! Благо вода за бортом - далеко ходить не надо! А вот гальюн - есть гальюн! Брезговал Петька!

первое время одолевал эту работу с тошнотой и рвотой, пока не привык.

Но были и хорошие стороны его плавания. В каких только портах и городах не побывал он! И в Японии и в Китае. Увидел, что такое порт Артур, пролив Дарданеллы, остров Сахалин и Чукотка и многое другое. Научился многим морским премудростям таким как: кнехты, ванты, топинанты. И весело напевал себе под нос, неизвестно кем придуманную моряцкую песенку:

"Мы пьём за топинанты.

за кнехты и за ванты.

за боцманову глотку.

за Сахалин-Чукотку!"

Он так же научился давать и держать "морского краба". Так называлось у матросов дружеское рукопожатие - по флотски, при котором пальцы двух рук скрещивались таким образом, чтобы получился краб.

Петро очень гордился, когда боцман хваля его, говорил: -"молодец юнга! держи краба морского! -" и подавал ему свою широкую, мозолистую руку для пожатия.

Так и ходил Петька - теперь уже Пётро (как называли его в команде) со своими друзьями-матросами в каждую навигацию. Теперь уже он смеялся и подшучивал над салагами. И давал им продувать макароны.

 

 

В каждом порту матросам давали увольнительную на берег, чтобы они могли походить по суше и отдохнуть от болтанки и морской болезни. У Петра в каждом порту была девушка, которых он всегда навещал, бывая в этом городе.

Но злой рок шёл за ним неумолимо! Вот какая история произошла с ним в одно из увольнений на берег. Один старый колдун не мог умереть, не передав своего мастерства, не отпускало его колдовство. Родных и близких у него не было. И тогда отчаявшись, изнемогая от слабости, он кое-как выполз на улицу и лёг на скамью возле дома. Находясь в полубреду, он вытянув свою слабую, старческую руку, бесконечно повторял всего лишь одно слово: -"возьмите, возьмите, возьмите... -"Вероятно это была последняя его надежда умереть, либо просто хитрая уловка для какого-нибудь простачка, коим оказался Пётр.

 

 

Матросы шли по незнакомому городу, им было все равно где гулять! Изрядно выпив за кнехты и за ванты - они были очень веселы. Шутили и громко смеялись. Вдруг они увидели старичка, лежащего на скамье возле дома. Тот так жалобно просил что-то взять...,и Пётр не думая своей, затуманенной винными парами головой тут же брякнул:

-"Да давай, дед давай! -"

Старый колдун с облегчением закрыл глаза и тут же умер. А с Петром стало твориться что-то неладное! Колдовство, которое передал ему умирающий старик - мучило его, искало выхода. А как им пользоваться, он конечно же не знал, так как не получал ни каких инструкций, да и не нужно ему это было!

Вскоре с ним случилось огромное горе, при осмотре перед очередной навигацией, доктор обнаружил у него туберкулёз лёгких, и его, матроса так любившего море, списали на берег.

 

 

Вернулся Пётр к себе на родину в далёкий, сибирский посёлок, к своей маме под крылышко. Братья его выросли, женились, вышла замуж и его младшая сестра Шурочка. Она имела трёх детей: двух сыновей - Виктора и Толика, и дочь Веру. А работала бухгалтером в одной строительной организации.

Валерка женился на Анне, красивой секретарь-машинистке, работающей в поселковом совете. У них уже рос сын Игорёк, славный, белокурый малыш похожий на свою мать, как две капли воды. Сам Валерий работал на хлебопекарни - кочегаром. Жили они дружно, зажиточно.

А вот брату Александру с женой не повезло! Сам он начал выпивать ещё в молодости, и жена его Вера не отставала от него. Как говориться: он за стопку - она за другую, так и спились! Тяжёлая жизнь была у их детей Виктора и Веры. Постоянный холод и голод в неустроенном матерью доме, так как все деньги пропивались! В общем росли они сами по себе (как бог пошлёт).

Третий брат Владимир вырос вором. Его постоянным местом жительства была тюрьма. Отсидел - вышел, украл - снова в тюрьму!

Жениться ему было некогда - да и незачем. Ведь он стал вором в законе, а законникам иметь жену по блатным законам не полагалось.

 

 

С братьями Пётр сдружился, а вот отчим так и не захотел его принять. По прежнему глядел на пасынка - волком, да ещё и ревновал к матери, наскучавшейся по сыну за годы его отсутствия. Фросе хотелось глубокого общения с сыном, но каждое её слово сказанное сыну или Петром матери, приводило отчима в бешеную ярость. Тот набрасывался на жену чуть ли не с кулаками, мучил её своими длинными и нудными нотациями, или гневным бормотанием, выводил  из себя, трепя нервы и разрывая и без того больное сердце. А в его злых глазах Фрося видела эту страшную ненависть, и понимала, что таким способом тот хочет избавиться от надоевшего ему пасынка, а проще сказать допекал свою жену для того, чтобы она выгнала своего несчастного, больного сына из дома. Но какая же мать сможет сделать такое?

 

 

Вот так и мучились они!

Болезнь же брала своё. В то время лечить туберкулёз, да ещё запущеный - врачи не умели. Вскоре Пётр стал харкать кровью, это рвались его больные лёгкие. Так и помер горемыка - не познав тихого, семейного счастья.

17.01.2013г.

 

Категория: Светлана Головина | Добавил: Искандер
Просмотров: 157 | Загрузок: 0 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Меню сайта


Выбрать язык / Select language:
Ukranian
English
French
German
Japanese
Italian
Portuguese
Spanish
Danish
Chinese
Korean
Arabic
Czech
Estonian
Belarusian
Latvian
Greek
Finnish
Serbian
Bulgarian
Turkish



Вход на сайт

Поиск

------------------------------------------------------

Пожертвования для развития
наших проектов

Вебмани
R196560876260
Z414468660579

Яндекс-деньги
410013775752608

------------------------------------------------------

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 12


Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Сайт рекомендованный для просмотра:

Игорь Дергоусов. 

Рожден я был на берегах Азова